Жизнь

Максим Матвеев и Владимир Мишуков — о «Шерлоке в России»

На видеосервисе Start вышла первая серия нового проекта «Шерлок в России». Это не очередной ремейк культового детектива, а фантазия на тему приключений Холмса в Петербурге XIX века. По сюжету первым расследуемым делом Шерлока станут жертвы Джека Потрошителя, а помогать ему в этом будет русский доктор Карцев — Ватсон остался с ранением в Лондоне. BURO. поговорило с исполнителями главных ролей Максимом Матвеевым и Владимиром Мишуковым о съемочном процессе, японском Шерлоке, работе с Богомоловым и любимых режиссерах.

В интервью Variety режиссер сериала Нурбек Эген рассказал, что поиск актеров на главные роли занял около полугода. Как к вам в руки попал сценарий и почему так долго шел кастинг?

Максим:

Изначально о проекте про Шерлока, который приезжает в Россию, мне рассказал Александр Цекало в Каннах, когда мы презентовали «Триггер» на телерынке. Мы обсудили идею погрузить этого персонажа в другую действительность и посмотреть, как он там выживет, а потом я уже попал на пробы, но сколько до меня было претендентов, я не знаю. Звонили Камбербэтчу, но он отказался. Наверное, из-за сильного акцента. (Смеется.)

Владимир:

На моего персонажа был утвержден сначала другой актер, но он по уважительной причине отошел, а мне позвонили за месяц до начала съемок с предложением принять участие в проекте. Я попробовался, мы быстро договорились, и я сразу же включился в процесс.

На какого из «Шерлоков» вы ориентировались при создании своих персонажей?

Владимир:

Я ни на кого не ориентировался. Мы, конечно же, смотрели все фильмы и сериалы, но сразу договорились, что будем отталкиваться от себя и от собственного понимания сложности своих героев. Этим мы и занимались на протяжении всех съемок.

Максим:

Все предыдущие экранизации достаточно яркие, поэтому легко было уйти в копирование, а не создание чего-то своего, но наша история к этому не располагала. Да, она об известном персонаже, но все же она новая, наш Шерлок оказывается в других обстоятельствах, которые по-другому его раскрывают. Нам хотелось в этой истории найти что-то свое: причинно-следственные связи, поведение героев, их мотивы. Посмотреть, каким образом Шерлока будет менять Россия и окружающие его люди. Я специально перед съемками не пересматривал ничего, а британского Шерлока впервые увидел только после того, как мы сняли наш сериал.

Не было ли страха, что это может превратиться в треш-жанр и перевирание классики?

Владимир:

Я воспринял наш сценарий как продолжение истории, которую начал Конан Дойл. Представьте, что через энное количество лет обнаружили книгу: она про Шерлока Холмса, который едет в Россию, а перевел ее на русский наш сценарист Олег Маловичко. Там нет какой-то принципиальной модернизации, а язык и слог достаточно литературные. С моей точки зрения, сериал подан в духе классического Шерлока.

Почему было важно сохранить имя Холмса? Можно же придумать русского детектива.

Владимир:

Потому что в нашей стране любят этого персонажа. Хочется, чтобы он жил вечно. Мне было бы интересно увидеть, например, японского Шерлока, который будет есть суши палочками и т. д.

Максим:

Маловичко с большим уважением отнесся к первоисточнику и героям. Все атрибуты, которые возникают при словах «Шерлок Холмс», у нас сохранены. Также в сценарии достаточно мощная детективная составляющая, которая не дала свалиться в пошлый и русофобский юморок. В нем есть ирония, но она не ярко выраженная, а затаенная. Это ирония над русскими людьми, над их поведением, над их обычаями, но не более того. При этом мы точно не хотели свалиться в пародию с пьющим водку медведем и балалайкой. Если бы в сценарии был хоть какой-то намек на дурной вкус и тупой юмор, то я бы первым побежал от этого предложения.


В Сети сериал критикуют за то, что Шерлок никак не мог разговаривать по-русски, так как в Британии язык точно не изучали. Что думаете по этому поводу?

Владимир:

А люди не задаются вопросом, что, когда они смотрят фильм «Семнадцать мгновений весны», Броневой, Табаков и Тихонов говорят по-русски? Это все условности, которые кино может себе позволить. Максим для съемок работал с носителем языка, который давно живет в России, чтобы точно уловить акцент. И перед каждой сценой, он прослушивал эти аудиозаписи — это филигранная работа. То, что он сделал в итоге, я считаю настоящим профессиональным подвигом.

Максим:

Я даже покраснел. Тут понимаете в чем штука: не делать этот акцент вообще и говорить чисто по-русски было бы странно. У самого Конан Дойла есть этому оправдание: Шерлок мультилингвист, человек с гениальной памятью и идеальным музыкальным слухом. Поэтому вполне возможно предположить, что он мог знать русский. А так как русский для него не родной, то мы присвоили ему акцент. Главной задачей было не дать зрителю устать от этого британского говора. Под конец сериала Шерлок становится уже обрусевшим.

Шерлок остался Шерлоком, а почему Ватсона заменили на доктора Карцева?

Владимир:

По сюжету Ватсон был ранен и остался на лечении в Лондоне. Для чего нужен был Карцев? Чтобы обозначить конфликт двух принципиально разных культур — английской и русской. На протяжении всего фильма эти два парня преподают друг другу культурологические уроки. Карцев — доктор со сложным прошлым, переломанной судьбой, но способен понимать человека совершенно из другой среды.

Максим:

Сначала Карцев не воспринимается Шерлоком как потенциальный друг или коллега. Он противник, враг и чуждый ему элемент. Через персонажа Карцева мы, русские зрители, подключаемся ближе к Холмсу, потому что все равно он для нас инородное, а Карцев — проводник, который имеет представление об английской культуре: он учился в Англии, слушал лекции Дарвина. Холмс на самом деле чопорный и высокомерный парень, поэтому Карцев был необходим.

Сюжет подразумевает одну линейную историю?

Максим:

У нашего Шерлока четыре дела. Я только недавно понял, у Конан Дойла все кейсы Холмса связаны с каким-либо частным событием: у одного человека происходит несчастье, которое, требует раскрытия. У нас же Шерлок получился масштабным персонажем, выходящим на государственный уровень. Зло, что показано в третьей серии, не идет в сравнение с тем, что творят антагонисты у Конан Дойла.

Чего точно нет ни в какой версии Шерлока, так это любовной линии детектива. Это история была искусственно внедрена для российского зрителя, которому необходима любовь?

Максим:

Наш Шерлок Холмс сам по себе самодостаточный. Тут к чувствам привела сама обстановка в России. Это не громкие и пафосные слова — просто здесь люди более открытые и страстные, чем в Британии. У Гая Ричи и Камбербэтча есть намек на любовь, но в оригинале Шерлок — бегущий от чувств человек. Любовь мешает ему заниматься делом.

Почему, кстати, Потрошитель поехал в Петербург, где бы его наверняка отыскали, а не в подмосковную глубинку?

Владимир:

Потрошитель — эстет, ему нужен зритель и интерактив. В деревне его бы никто не заметил.

Максим:

У него масштабы не деревенские, а столичные.

Вы оба работали с Константином Богомоловым только как с режиссером, а каково с ним работать как с актером?

Владимир:

У нас был с ним один забавный эпизод. В последнюю ночную смену я не был задействован на площадке, но пришел и в качестве своеобразного жеста благодарности своему партнеру Максиму за совместное творчество решил поработать с хлопушкой. Снимали на две камеры, и каждый раз, когда менялись объективы, нужно было переписывать данные — кропотливая работа оказалась. Несмотря на поздний час, я испытывал от этого определенное удовольствие. Константин Юрьевич, снимавший меня до этого в «Содержанках» в серьёзной роли, был крайне удивлен моей бодрой беготне на площадке с этой хлопушкой. По-моему, он вообще не понял, шучу я или серьёзно. Если это шутка, то она должна была закончится одним дублем, а там 13 кадров в одной сцене, два с половиной часа напряженной работы.

Максим:

Мне довелось с Константином Юрьевичем порепетировать несколько спектаклей и даже поиграть с ним на сцене, когда он подменял актеров. Это одновременно ответственность и удовольствие, потому что он очень хорошо чувствует ритм. На съемочной площадке «Шерлока» он хорошо понимал, что здесь он — актер, и был включен в процесс именно как часть актерского состава. Он слушал режиссера и пытался понять, что требуется в той или иной сцене. Никаких трудностей мы не испытывали.



Поделитесь смешной историей со съемок.

Владимир:

Съемки были скорее болезненные, чем смешные. Нам чуть ли не каждый день приходилось бегать по крышам, захламленным подвалам, пыльным чердакам, драться под дождём. В одной из первых снятых сцен мы ехали в коляске, запряженной лошадьми, и в какой-то момент нужно было из нее выскакивать. Мой персонаж хватает Шерлока за плечи, и мы выпрыгиваем. Это было первое плотное взаимодействие наших тел. Мы могли бы не сойтись из-за разной комплекции, а после нескольких дублей почувствовали, что мы партнеры и даже не были травмированы.

Перед нами нависла угроза второго локдауна. Максим, вы, как уже сыгравший в скринлайф-сериале, считаете этот жанр актуальным?

Максим:

Кино — это аттракцион для нашей психики, а скринлайф — один из его видов. Но, конечно, полноценно он ни в коем случае не заменит полнометражные фильмы и сериалы.

Вам самому нравится смотреть такие сериалы?

Максим:

Мы не умеем пока с этим жанром работать. Актер же становится и режиссером, и оператором, а это отнимает силы, путает. На мой взгляд, пока самые успешные скринлайфы сняты до изоляции, не в режиме пандемии. Тимур Бекмамбетов — один из родоначальников этого жанра, снимает такие штуки более продуманно, чем другие. Но искусство прекрасно, и оно везде пробьется.

Владимир, вы бы приняли участие в таком проекте?

Владимир:

У меня были предложения, но я пока не чувствую себя в этом контексте достаточно выразительным. Но мне было любопытно наблюдать, как сквозь асфальт пандемии и карантина пробивается новая, зеленая трава, к произрастанию которой причастны мои коллеги, друзья и товарищи.

Если бы вы могли сняться у любого режиссера, то у кого и почему?

Максим:

У Кристофера Нолана. Мне интересна его способность играть с разумом зрителей и актеров.

Владимир:

У Стива Маккуина, который снял фильм «Голод и стыд».

Сериал, который можно смотреть вечно?

Владимир:

Пусть это будет «Во все тяжкие». Можно бесконечно наслаждаться игрой Брайана Крэнстона. А еще Максим мне посоветовал сериал «Патрик Мелроуз» — это уроки актерского мастерства.

Максим:

Я бы с удовольствием пересмотрел «Острые предметы» или «Рассказ служанки».

Лучший детектив всех времен?

Максим:

«Снеговик» Ю Несбё и «Исчезнувшая» Дэвида Финчера.

Владимир:

На ум приходит «Крах» с неподражаемой Джиллиан Андерсон.

Смотрите сериал «Шерлок в России» на Start

Источник: www.buro247.ru